Дерутся ли эксперты вне эфира и как вообще устроены политические ток-шоу?

 

Почему на нашем телевидении постоянно спорят об Украине? Дерутся ли эксперты за кадром после жарких эфиров и есть ли на телевидении цензура? На эти вопросы отвечает политолог Андрей Никулин, называющий себя либералом-патриотом.

 

– Со стороны кажется, что на ток-шоу только кричат, и какую-либо разумную критику там услышать невозможно. Так ли это?

– Редко, но получается сказать что-то толковое. А в целом да – если говорит человек, представляющий систему, тему дают спокойно высказаться, а если выступает противник системы – его начинают перебивать.

Но это такой элемент игры.

– За какую команду вы играете?

– Условно я представляю либеральный лагерь. А вообще – свою собственную точку зрения. Я не согласен с большинством действий, осуществляемых властями, считаю их неправильными, антинародными, а порой дурными и глупыми. Но если есть решения, которые я одобряю – я говорю об этом.

– Например?

– Решение Путина не вводить санкции против Грузии. Или предварительное решение не уничтожать санкционные продукты. Или попытки облегчить иностранцам визовое пребывание в России – продлить визы до полугода и разрешить им посещать Россию вне туров.

– Почему в России не любят либералов?

– Лично я считаю, что либерализм – это оптимальная идеология, потому что всё остальное мы уже перепробовали. В 90-е наш либерализм был карикатурным, и потому заработал дурную репутацию, поставил на себе клеймо.

Нужно раскручивать гайки, снижать налоги. Если не умеете грамотно тратить деньги без распилов и откатов –  оставьте их налогоплательщикам. Не умеете выполнять запреты – давайте их отменять, потому как крупная рыба все равно прорывается через эти сети, а простые люди в них запутываются.

Если мы не можем справиться с бюрократией, с чиновничьим произволом, с коррупцией, если каждый новый запрет и закручивание гаек порождает своих бенефициаров в чиновничьих кругах, то единственный путь – отменять эти запреты, раз они всё равно не работают. Или работают, но на благо чиновных выгодоприобретателей.

– Почему на политических ток-шоу так много украинцев?

– Это отчасти политический театр. Люди могут говорить искренне, но они должны играть при этом свои роли. Поскольку во многом Украина является нашим зеркалом, порой кривым – это порождает спрос на украинских экспертов. Среди них есть люди адекватные, есть и, мягко говоря, странные. Но в театре у каждого свои роли. И если человек долго играет эту роль, то он с нею сживается.

– Многие вполне разумные эксперты не выдерживают и отказываются ходить на шоу. Почему?

– Для меня ток-шоу – это политическая трибуна, возможность  быть услышанным несколькими миллионами человек. Эта трибуна может быть неудобной, особенно если ты критик власти. Но если ты хочешь высказываться не для узкого круга – тебе приходится считаться с правилами. Никто не обещал, что это будет приятно.

– Бывает, что гостевые редакторы обманывают и не дают микрофон? Или, например, потом вырезают всё из передачи?

– Я хожу в основном на прямой эфир. Но там могут не дать микрофон, перебить. Другое дело, что ты можешь говорить очевидные для себя вещи, но зритель не будет слышать тебя, потому что ты в его глазах слился с театральным стереотипом либерала-наймита и противника России. Люди вообще часто склонны не слышать того, чего они слышать не хотят. Намного проще отворачиваться от неприятных вещей, чем смотреть правде в глаза.

Цензуры как таковой нет, она скорей в головах у зрителя. Есть вещи, которые нельзя упоминать, но они не связаны с именами наших правителей. Как таковых запретных тем я не встречал. Говорят обо всём, в том числе о митингах, о выборах в Мосгордуму. Но куда важнее, что зрители многое просто не хотят слышать. У них вечная Украина в умах и сердцах, потому что о чужих проблемах слушать приятнее.

– Накал страстей в эфире иногда таков что кажется, что быть драке. Бывают они за сценой?

– Кране редко. Всё же ток-шоу – это больше театр, хотя иногда страсти кипят вполне искренние. После эфира люди чаще быстро расходятся и бегут дальше по своим делам. Есть взаимная неприязнь у ряда экспертов, но это редкость.

–Тратить столько сил, времени и нервов на эфиры – оно стоит того? Есть ли польза?

– Где-то можно попытаться охладить страсти или не дать снизить планку нормы. Например когда какой-нибудь эксперт раз за разом повторяет, что мы должны прямо сейчас начать войну с Украиной, или нанести ядерный удар по США, у кого-то может возникнуть ощущение нормальности таких призывов. Скольких наших людей вы хотите подставить под встречный удар? Как вы потом собираетесь выжить в условиях ядерной зимы? Хочется верить, что остудить горячие головы всё же удастся.

– А какие самые распространенные заблуждения есть у зрителей?

– До сих пор сильна зацикленность на злокозненном Западе, якобы он хочет нам навредить, что там вообще есть до нас какое-то дело. Слишком сильный крен в сторону внешней политики. Без лишней необходимости нам не нужно заниматься внешними делами, ставить себя в положение обиженных и ждать внешних ответов на внутренние вопросы. Нам нужно сосредотачиваться на себе.

Источник ➝

ПОПРАВКИ В КОНСТИТУЦИЮ: ГОЛОСОВАТЬ ИЛИ НЕТ? (видео, которое многое проясняет)

Пандемия коронавируса и карантин отсрочили поправки в Конституцию и слегка отвлекли от них общественное внимание. Однако даже отсроченное "народное голосование" по Конституции неминуемо как смерть. И пока путинские холуи вроде Никиты Михалкова омывают слюнями коррективы в основной закон страны, а фантастическая оппозиция вроде мсье Платошкина призывает голосовать против них (чтобы Путин ушёл, ага), Андрей Рудой в свежем видео анализирует финальный пакет поправок и рассказывает, что делать с "народным голосованием".

Картина дня

))}
Loading...
наверх