Свежие комментарии

  • Лариса Лазуткина15 января, 14:55
    ivvs. И я о том же, но Путин верещал, что молодежь валом повалит заниматься этим самым спортом. В итоге для них и стр...Рожать не просили...
  • Nikolia Vovchenko15 января, 14:31
    А кого вы называете властью РФ?Истинная власть спит на ходу и не сильно желает просыпаться..,а власть придержащие пол...Ценам на бензин в...
  • Александр Самохин15 января, 14:24
    А зачем гадать когда они перестанут наживаться? У них же есть дети.Ценам на бензин в...

Белковский считает, что Путин сможет править Россией и после смерти

Белковский считает, что Путин сможет править Россией и после смерти

Есть ли жизнь после Путина? Конечно есть, скажете вы. Но какая никто сейчас с уверенностью не скажет. А вот политолог Станислав Белковский считает, что Путин может остаться у власти и после смерти, если россияне не поменяют свое тотальное мышление на европейское.

- Мы по-прежнему живём в плену тотального мышления, тотального сознания, главная черта которого: только человек, придерживающийся моей точки зрения — хороший человек. А если человек со мной не согласен, то это одно из двух — или он имеет корыстные интересы того, чтобы со мной не соглашаться, или он просто идиот, – рассуждает Белковский на «Эхо Москвы».

При этом такой тип мышления присущ и представителям правящих элит и непосредственно российской власти наших дней, и прогрессивной общественности, которая рассуждает точно так же. Под прогрессивной общественностью я имею в виду всю ту среду, из которой сегодня появляются той или иной степени успешности российские оппозиционеры.

Во-вторых, европейское мышление — это банальность добра. Русский человек может быть святым, но не может быть честным. Очень легко порвет рубашку на груди и пойдет на подвиг или хотя бы изобразит подвиг, а вот изо дня в день платить налоги, заботиться о своих детях, выбрасывать раздельно мусор — это гораздо сложнее.

Россия не тогда станет европейской страной, когда уйдёт Владимир Путин, потому что кто придёт ему на смену, ещё далеко не известно и вовсе не исключено, что после ухода Владимира Владимировича мы ещё будем вспоминать его времена как период благоденствия и для нас и для России, пусть даже очень относительного и условного.

Кстати, не исключено, что ещё и после физической смерти он на некоторое время задержится у власти, что сейчас, поговаривают, происходит в Туркменистане. Неслучайно недавний Каспийский саммит проходил на уровне премьер-министров, а раньше традиционно на уровне президентов — потому что нет полной уверенности, что глава Туркменистана Гурбангулы Мяликгулыевич Бердымухамедов в полной мере жив, скорее жив, чем мёртв.

Так и Владимир Владимирович. Паника перед его уходом может быть столь существенной, что уже находясь между мирами, он может продолжать номинально исполнять обязанности президента и с помощью современных технологий — всяческих видеоконсервов, факсимильной подписи и так далее — править страной неопределённо долго.

И дело даже не в том, придёт ли парламентская демократия на смену нынешней суперпрезидентской республике, а фактически абсолютной монархии. Дело в том, будем ли мы готовы стать европейцами ментально, убедим ли мы себя в том, что европейские принципы нам лично подходят и что не кровь и не месть должны стать топливом смены власти и эпох в тот момент, когда путинский режим всё-таки начнёт уходить (а уходить он когда-нибудь да начнёт), а милосердие и справедливость, которые, конечно, всегда главнее и значительнее крови и мести.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх