Последние комментарии

  • Sergey Я15 декабря, 13:12
    69? ...тогда всё объясняет ... эх выборы.. выборы ... ..выборы без выбора! ..или из угодных!? ..да почти поголовно мэ...Мэр Челябинска вышел к горожанам на диалог и рассказал горожанам о плохой экологии в Париже
  • Нина Рубан (Докучаева)15 декабря, 13:10
    Я о том и говорю, что и с судами ничего не добьешься.  И Суд вынесет такое решение, которое  выгодно государству.Россияне решили помочь бедствующему деду из ролика с елочкой
  • Олег Печеркин15 декабря, 13:07
    Язык, как известно, без костей...да и с головой... явно синдром Маккейна. Пора бы уж последовать его примеру и быстре...«С нас довольно, теперь мы действуем»: генерал США пообещал России ответ на «военном языке» из-за Японии и Украины

Чиновникам — «золотые парашюты», народу — макарошки

 

Подписав Конвенцию ООН против коррупции, Россия осознанно нарушает ее десятки лет

 

 

Чиновникам – «золотые парашюты», народу - макарошки
Фото: Епанчинцев Евгений/ТАСС
 

Тема коррупции охватила весь мир сравнительно недавно. 15 лет назад, 9 декабря 2003 года в Мексике была открыта для подписания Конвенция ООН против коррупции, принятая Генеральной ассамблеей ООН 1 ноября 2003 года.

Документ обязывает подписавшие его государства объявить уголовным преступлением взятки, хищение бюджетных средств и отмывание коррупционных доходов. Россия ратифицировала данную Конвенцию в 2006 году с оговорками (отказавшись от исполнения ст. 20, 26, 54, 57), в то же время признав, что коррупция — это уголовное преступление. Эффективность и прозрачность работы государственных служащих (ст. 7 Конвенции) — это одно из требований, которое Россия обязалась выполнять.

«СП» задалась вопросом — а какого прогресса добился мир вообще и Россия в частности за минувшие 15 лет на ниве борьбы с коррупцией.

— В 2017 году на сайте ООН сообщалось, что в связи с коррупционной деятельностью мировая экономика теряет порядка 2,6 триллиона долларов, — рассказывает руководитель Центра экономической политики и бизнеса, автор «Новой экономической энциклопедии», эксперт по вопросам коррупции, доктор экономических наук Елена Румянцева. — К этим потерям добавляются взятки, ежегодный объем которых оценивается в один триллион долларов. Коррупция для любой нации — несчастье, неправовой порядок управления, конфликтный характер отношений коррупционеров с обществом. Но распределение убытков от коррупции по разным странам разное — в зависимости от масштабов ее неправовой деятельности. Основные сферы, в которых, по представлению ООН, должна в первую очередь пресекаться коррупционная деятельность, ведущая к названным потерям, — это работа правительства (если шире — коррупционной части всей государственной и муниципальной службы, подчиняемой принципам управления руководителей-коррупционеров), судебной системы, здравоохранения и образования. Всему обществу, как официально представлено ООН, необходимо укреплять экономическую стабильность, категорически отказываясь мириться с коррупцией. Поэтому обсуждения коррупции крайне важны для всех нас. И главный итог борьбы международных организаций против коррупции в мире — это четкость определения источников коррупции в любой стране мира, включая Россию. Это всемирная трактовка коррупции — как уголовщины и беззакония — позволяет говорить о парадоксах.

«СП»: — Что вы имеет в виду?

— В современной России сложились определенные парадоксы коррупционного управления. Во-первых, в нашей стране истоки коррупции идут от недобросовестных государственных служащих, а не от кого-либо еще. Если в советские время авторитет государственного управления не ставился под сомнение, а обсуждалась, в основном, эффективность принимаемых государственных решений, то в настоящее время исходное коррупционное зло исходит именно из системы государственной службы. Которая в своей недобросовестной части не учит все население грамотно действовать, а во многом безнаказанно сама нарушает нормы права, нередко проявляя свою незрелость, некомпетентность выполнения государственных обязательств перед населением. То есть в советское время мы власти доверяли и боялись сами нарушить нормы права, а в условиях серьезного влияния коррупции на нашу жизнь (с какого года — тоже немаловажно) мы не можем доверять должностным лицам, особенно тем, кого видим в первый раз, из-за большой вероятности их халатного отношения к своим обязанностям или некомпетентности, несоответствия занимаемой должности. Сегодня, обращаясь к тому или иному должностному лицу в первый раз, недостаточно выслушать его устные требования, так как они могут быть и неверными, могут не соответствовать нормам права. Необходимо подготовиться к встрече с незнакомым должностным лицом и самому сначала проработать нормы права, обезопасив тем самым себя от неправомерного отказа при рассмотрении обращения. В связи с отсутствием четких регламентов работы сегодня в России нет взаимозаменяемых должностных лиц — каждое из них работает со своими индивидуальными характеристиками. Поэтому решение по каждому важному для людей вопросу бывает нередко высоко вариативно, а не предопределено нормами права.

И, во-вторых, что, когда мы говорим о проблемах, которые необходимо своевременно выявлять и разрешать, в случае с коррупционным управлением эти проблемы никак не выявляются и не разрешаются, потому что они как раз и создаются коррупционными группировками и отдельно действующими исключительно в своих интересах коррупционерами.

«СП»: — А сама борьба с коррупцией изменилась ли как-нибудь за 15 лет в России?

— В России идет борьба коррупции — ее денег и власти — с борьбой против коррупции. И имитационные — лозунговые, обманные юридические, постановочные — меры продуцируются в среде, называемой «пчелы против меда», т.е. в среде, где выделяются деньги именно на такую борьбу с коррупцией. Настоящая борьба идет задаром. Говорить про все эти изощренные махинации на разных уровнях управления и в самых разных сферах можно очень долго. Но хотелось бы обратить внимание на некоторые.

«СП»: — Какие, например?

— В России административная среда отстояла свои высокие доходы за счет перераспределения общих средств в свою пользу и занижения, переоценки труда, социального обеспечения для большинства населения, введя двойные стандарты — для высокооплачиваемых граждан (по сути, для себя) и для остальных — во многом, бедноты, банкротов от коррупционного беспредела.

«СП»: — Неужели так все однозначно плохо и ничего хорошего не происходит?

— Я так не думаю. Но давайте отделять чистое от грязного. В среде высокооплачиваемых должностей на всех уровнях управления, например, не принято никого из коллег своего уровня критиковать, принято только позитивно оценивать (но могут, правда, кого-то внезапно уволить за неуместное высказывание). В России в среде финансово успешных рвачей, фаворитов и дилетантов принято ронять достоинство знающих специалистов, именно их втаптывать в грязь. Иначе бы столько талантливых людей не уезжало бы из-за этого за рубеж. В параллель с утечкой умов утекает за рубеж и коррупционный, незаконно наживаемый капитал. Поэтому опираться обществу только на позитивные высказывания должностных лиц друг о друге было бы просто нелепо, это не приведет к каким-то результатам в противодействии коррупции. А хотелось бы получить результат.

Есть прогресс в нормативном обеспечении антикоррупционной деятельности. Например, установлены требования для каждой российской организации, которые она должна соблюдать, не допуская случаев коррупционного поведения должностных лиц. Эти нормативные требования многие не понимают и соответственно не выполняют, а кто выполняет, делает это чрезмерно вариативно. Но, как специалист по вопросам коррупции, я поддерживаю такой подход к антикоррупционной деятельности, считая его перспективным. Много сделано, но пока не завершено. На уровне здравого смысла это никогда не заработает. А имитации борьбы с коррупцией предостаточно.

Я думаю, что госконтроль в этой сфере должен стать более конструктивным, последовательным и после этого более требовательным. Видеолекции от представителей государственных органов по данной теме, размещенные в открытом доступе, закрыли бы многие проблемы практики. А пока каждой российской организации надо предпринимать довольно затратное по времени исследование, чтобы начать соблюдать требования антикоррупционного законодательства на местах, чего пока в реальной действительности нет.

«СП»: — Вернемся к проблеме углубления социального неравенства по причине коррупции. Примеров же можно привести, наверное, множество.

— Мы видим на нашумевшем примере отставки министра занятости, труда и миграции Саратовской области Н.Ю.Соколовой, которая отстаивала уже принятый на трехлетие прожиточный минимум в размере 3500 рублей на продукты питания, а получала при этом материальную помощь на своем повышенном уровне нуждаемости и заработную плату, измеряемые сотнями тысяч рублей. Огромное количество примеров из серии — компания убыточная, а премии и зарплаты аппарату управления — максимально возможные, исчисляемые миллионами, а в сумме — миллиардами (вспомним, плачевное состояние РЖД и многомиллионную зарплату руководства данной компании, недавнее щедрое поощрение привилегированных менеджеров «Газпрома» в условиях его убыточного состояния — в долг и так далее). Схема взаимосвязи эффективности работы и оплаты труда в системе государственной службы все еще не работает. И, вероятно, что при таких характеристиках ситуации с коррупцией и не заработает — никто не хочет ее внедрять и осложнять тем самым получение высоких заработков. В соответствии с трактовками зарубежных экспертов, неэффективное управление является основной причиной банкротства большинства компаний в мире и кризисов. А в России государство поддержит не социальный сектор и малоимущих, а симпатичные ему убыточные компании, выплачивающие высокие заработки своим руководителям.

В сфере трудовых отношений придумано огромное число схем, как недоплачивать наемным работникам и не соблюдать нормы трудового права, как экономить на расходах на оплату труда, морально изничтожая сотрудников нижних звеньев. Меня поражает цинизм, с которым людям, не занимающим высокооплачиваемые должности, говорят: «вам достаточно такого-то прожиточного минимума (который из-за целей экономии снизился в условиях роста цен), вам не нужен ремонт в квартире, автомашина, отдых». И возникает минимизированная цифра расходов на продукты питания, в которых основной удельный вес составляет хлеб. А несбалансированное питание — это еще и болезни. Углеводное питание, особенно с сомнительным качеством дешевого хлеба, — вредно для здоровья. Дальше добавляют: «Не берите свои деньги в банке, если он будет лишен лицензии, это — нехорошо. Оставляйте их нам. Не смотрите по сторонам, не оценивайте, не думайте. Хвалите нас. И отдавайте свои деньги везде, где на вас будут давить и призывать это сделать». Коррупция за всех нас подумала, как ей выгодно, а нам, извините, ущербно — сколько нам надо есть (это ничем не подкреплено), от чего нам надо отказаться в первую очередь. Она лезет в карманы граждан по всем направлениям, обжимает нас и банкротит уже давно. И уровень жизни, конечно, от этого только снижается.

Нестабильность управленческой деятельности (вместо курсов на устойчивое развитие), рваческие тенденции, цинизм и стремление к нахлебничеству на высоких должностях налицо. Я бы в такой ситуации предложила бы увольнять с государственных и иных ответственных должностей не только за какие-то неприемлемые негативные высказывания, но и за обман — за публичное предоставление заведомо ложной информации. Я думаю, необходимо не только моральные ценности обсуждать (они тоже важны), сколько реальную деятельность должностных лиц, занимающих должности с высоким коррупциогенным риском. По сути, противозаконная деятельность недобросовестно работающих должностных лиц сегодня и есть неправовые отношения, которым всем нам (населению) надо постоянно противодействовать. На неправовых отношениях недобросовестные должностные лица наживаются, а те, кто им препятствует, действует явно в ущерб себе, теряя свое время и психическое здоровье. Но по-другому никак, к сожалению, свои права не отстоять, ибо вероятность обмана сегодня, игнорирования законных прав и свобод, издевательства над людьми чрезвычайно высока.

«СП»: — Вопросы, связанные с тем, как и кто эти ключевые высокооплачиваемые должности занимает, тоже предмет антикоррупционной работы.

— Это еще одно обобщение всех проблем, накопленных коррупцией в нашей стране. Эффективности нет и не может быть там, где должность захватывают в длительной борьбе дилетанты — борцы за высокооплачиваемые места (но не специалисты) — те, кто лучше других «работает локтями», родственники, любовники, друзья влиятельных лиц и, разумеется, взяточники (нелегальные покупатели высокодоходных должностей). Они добиваются доходной и влиятельной должности, а потом их начинают для проформы учить — дообразовывать, в том числе противодействию коррупции. Коррупционер с документом о прохождении обучения о противодействии коррупции. Обучение — как некий формат закрытия всего негатива, связанного с фаворитизмом, рвачеством и взяточничеством. Где это только так — эффективности и прозрачности не увидать, пока коррупционно работающая персона не покинет свой пост. Из-за такой дифференциации зарплат (не по труду) сегодня диалог об эффективности вообще не клеится, так как успех измеряется именно занятием должностей с доходом и властью, а не последующей работой на них.

«СП»: — Но речь идет не только о верхушечной коррупции, о которой довольно мало говорят в России в системном плане, но и обо всех видах низовой коррупции, фигурирующей, как правило, в социологических опросах.

— Это тоже очень важный аспект обсуждения главных черт коррупции в России, противозаконно кормящейся от населения, понижающей своими неправовыми формами работы уровень жизни многих людей. Этот аспект, кстати, не отражен как один из главных в разъяснениях ООН (при всем уважении к ним). Население, бизнес рассматривается низовой коррупцией как средство обогащения, как «дойная корова». Уже стало привычкой по-простому залезать в карман к людям и привычно вредить им, наказывать невиновных, если они не готовы платить за услуги, прописанные по нормам права как бесплатные. Я не обсуждаю сферу подарков за хорошую работу, за помощь — можно и нередко даже нужно поблагодарить за нее. Но когда должностное лицо ставит выполнение своей работы исключительно в зависимость от полученного вознаграждения в виде денег или подарка, с ним становится неприятно взаимодействовать и не факт, что оно является профессионалом. Особенно когда сталкиваешься уже в открытой форме с отработками проплат от нарушителей норм права, виновных лиц, разного рода должников по снижению их вины и освобождению от наказания разными хитроумными схемами, как правило, включающими разного рода служебные подлоги.

Источник ➝